Химки — город, который я люблю! Город, где прошло мое детство, юность, зрелые мои годы, а теперь пенсионер, ветеран труда. Город, из которого я уезжал только на 3 года, когда призывался в ряды Советской Армии, а вернувшись из Советской Армии никогда не менял своего местожительства. Мои воспоминания о любимом городе Химки начинаются с конца мая 1930 года, когда мой отец приехал на станцию Химки вместе с родственником, который жил и работал в Ховрино в железнодорожном депо ремонту паровозов и вагонов. Было тогда отцу 22 года .Мама моя приехала в Химки в 1935 году, где она арендовала вместе с подругой маленькую комнату на даче на Красной горке. Родственник помог устроиться моему отцу на работу по строительству будущего НПО «Энергомаш», а после постройки завода отец работал там же до 70 лет. Мама также трудилась на заводе пока были силы тоже до 70 лет. Поэтому мои воспоминания о Химках начинаются с 1930-х годов.
Внимательно читаю о Химках в местной прессе, читаю труды местных краеведов и осознаю,что я не один в своей любви к городу Химки. Сегодня я хочу поделиться своими воспоминаниями о Химкинском городском парке отдыха имени Л.Н.Толстого, т.к. почти ничего не прочитал о парке. А ведь несколько поколений жителей Химок посещали, отдыхали и будут отдыхать в парке. Как бы напряженно человек не работал, а отдых ему необходим. Химки изначально было местом отдыха — дачный поселок вблизи Москвы, хорошее сообщение Санкт-Петербургский тракт, железная дорога.
Мой отец, который приехал из деревни Смоленской области, был поражен живописностью территорий, прилегающих к железной дороге. Большие и малые дачи буквально утопали во фруктовых садах. Дачи отличались от крестьянских дворов отсутствием построек для скота и птицы. Кругом фруктовые сады, ягодные кусты, леcа, березовые и дубовые рощи. Знали богатые, где строить дачи для отдыха. А после революции здесь стали строить фабрики, заводы, институты. И теперь после постройки канала имени Москвы, заводов, фабрик и институтов надо было подумать о месте для отдыха трудящихся. Библейский принцип — шесть дней работай, а один день отдыхай, действовал и у новой власти — коммунистов.
И поэтому в 1940 году химкинским Советом народных депутатов было принято решение о создании парка отдыха для трудящихся. Было выделено 40 гектаров земли, прилегающих к берегу построенного канала имени Москвы. Вид был очень живописен. С высокого берега канала открывались красивые панорамы воды канала, по которому плыли пароходы, баржи, катера, вид уникального арочного моста через канал. По мосту с грохотом проезжали пассажирские и грузовые железнодорожные составы. Но начать строительство парка помешала война 1941-1945г.г. Понятно- война это гибель людей, разруха промышленности, голод и т.д. Но страна победила — первые годы после войны — трудные годы. Но когда химчанам стало полегче, начало строительство парка отдыха для трудящихся.
Придумали и название — парк отдыха имени Л.Н.Толстого. Это название устраивало коммунистов (известная фраза В.И.Ленина), устраивало и бывших у власти — граф-помещик, устраивало и народ — добрый, учил крестьянских детей, открыл для них школу. Парк построили быстро, как умеют строить в России.
Начали строительство с сооружения металлической ограды, которую нельзя было легко преодолеть, построили таким образом, чтобы на территорию парка без входного билета было трудно проникнуть. После строительства парка отдыха трудящихся вход был платный, но плата была небольшая. После сооружения ограды-забора началось строительство аттракционов, разных забав для детей и взрослых. Чтобы понять как обустраивался парк отдыха трудящихся имени Л.Н.Толстого привожу свои воспоминания о его посещении, которые мне запомнились на всю мою жизнь.
Первое посещение парка отдыха относится к пятидесятым годам. Дети, которые побывали с родителями в парке отдыха рассказывали о своих впечатлениях о посещении, а те кто еще не был в парке слушали эти рассказы и завидовали. Я тоже завидовал и часто спрашивал родителей когда мы пойдем в парк отдыха. Родители под разными предлогами оттягивали это событие для меня. И все-таки однажды я услышал, что завтра в воскресенье мы всей семьей поедем отдыхать в парк. Помню летнее утро, когда одели свои лучшие одежды — папа белую рубашку с короткими рукавами, широкие чёрные брюки и чёрные туфли, которые ярко блестели, как велосипед у соседского Кольки, который катался на нём и никому не давал прокатиться. Мама оделась ещё красивее — лёгкое яркое платье заставляло всех любоваться игрой красок, туфли на высоком каблуке делали её выше и стройнее. Меня одели «по погоде» как сказали родители — светлая рубашка с короткими рукавами, коричневые вельветовые брюки и коричневые сандалии. Мама также взяла небольшую сумочку.
Семья наша проживала в Грабаровском посёлке в бараке, где у нас была комната, как у всех кто жил в бараках. Когда мы всей семьёй вышли из барака, то сразу очутились в лучах солнца и тепла. Прошли мимо сараев, где у жителей барака хранились дрова или уголь. Прошли мимо забора артели инвалидов и вышли на тропинку аллеи тополей, которую можно увидеть и сегодня. Родители шли и разговаривали о разном, приветствовали знакомых встречных и говорили им, что идут в парк. Вышли к центральной посёлку, который отделялся от Грабаровского железнодорожной веткой, а от Чкаловского посёлок отделялся оврагом и дорогой из булыжников. Прошли мимо небольшого очень аккуратного домика. Папа сказал, что это парикмахерская, где работает виртуоз «Разумный». Прошли мимо барака, где располагалась милиция, мимо барака — поликлиники. И вот мы на месте — ограда парка трудящихся. Ворота, калитка, маленькая будка -касса. Купили билеты и мы на территории парка. Почти рядом с кассой небольшой домик с вывеской «фото». Впереди асфальтовое дорожки уходящие в даль парка. Я вижу перед собой плотно стоящие деревья незнакомые мне. У нас в Грабаровском посёлке росли тополя, берёзы и фруктовые деревья — яблони. Папа сказал, что это дубовая роща и на территории парка дерево дуб — главное дерево, есть правда ещё и фруктовые деревья ближе к заливу около железнодорожного моста. Папа сказал, что это мы увидим позже, а сейчас идем фотографироваться.
Мы зашли в домик, к нам вышел небольшой черноволосый мужчина и начал какой-то разговор с родителями. А я тем временем осматривал комнату. В прихожей был полумрак, а вот в комнате было очень светло и белая стена была белее мела. В противоположном от стены направлении и стоял какой-то аппарат в виде ящика на трёх ногах. Из ящика торчала труба со стеклом. На ящик была наброшена чёрная тряпка. Очень быстро родители взяли стулья, поставили из к белой стене, сели, а меня расположили между стульями.
Дядя фотограф накинул на голову чёрную тряпку и спрятался за ящик с трубой. Внезапно вспышка света осветила нас. Фотограф скинул чёрную тряпку и сказал родителям, что будет отличное фото. Папа попросил ещё сфотографировать сына одного. Фотограф предложил сделать фото на макете коня или с велосипедом. Спросили у меня и я выбрал фотографироваться на коне. Появился макет коня, я даже не заметил откуда его принесли. Меня посадил отец на коня, а дядя фотограф сказал, чтобы я смотрел прямо в трубу ящика — из неё вылетит птичка. Родители отошли в сторону, а я сидел на коне и смотрел в трубу ящика. Фотограф накинул на голову чёрную тряпку, спрятался за ящик с трубой и что-то там делал а нём. Потом что-то щелкнуло и дядя фотограф сказал, что снимок получился отличный. Папа ссадил меня с коня и родители опять стали разговаривать с фотографом, а я смотрел в трубу, а птичка не вытекала. Мама взяла меня за руку и мы стали выходить из домика. Я не вытерпел и спросил у фотографа — почему из трубки ящика не вылетела птичка? Он и родители вместе за смеялись и дядя фотограф, что птичка испугалась, увидев меня на коне и не захотела вылетать. Выйдя на улицу, мы опять стояли на асфальтовой дорожке. Деревья тихо качали своими кронами, разросшийся кустарник не давал смотреть в даль. Мы пошли по тропинке вперёд. Деревьев и кустов было очень много. Нас окутывал запах деревьев, кустов и травы. Было очень легко дышать. Внезапно кусты и деревья по левую сторону нашего движения исчезли и я увидел большое круглое сооружение с конусной крышей. Папа сказал — ну вот мы и у карусели. Но мы были не одни, рядом с каруселью стояли девочки и мальчики с родителями и по очереди катались на ней. На возвышении карусели по кругу стояли деревянные разукрашенные звери -кони, медведи, слоны, тигры. Дети садились на них вместе с родителями и вращались по кругу, вначале не быстро, а потом очень быстро, а затем медленно и остановка. Мы встали в очередь ща за билетом, очередь продвигалась довольно быстро, а я смотрел как катаются ребята на карусели. Но очередь подошла к бильетеру, мама купила билет и мы с папой пошли на возвышение карусели. Папа предложил выбрать зверя, на котором будем кататься. Я выбрал коня. Мы сели с папой на коня, другие ребята разместились на свободных зверей. А потом мы поехали по кругу медленно, быстрее, ещё быстрее, затем медленнее и остановка. Когда мы катались мимо мелькали деревья, очередь за билетами, слышались крики и визги детей на соседних «зверях». Когда Карусель остановилась организатор катания открыл калитку и все кто катался вышли за пределы карусели. Мне очень понравилось и я стал просить родителей прокатиться ещё раз. Но мама сказала, что покатаемся ещё раз после осмотра парка. Мы вышли на асфальтовую тропинку и пошли по ней в сторону следующего аттракциона, который был рядом.
Это были большие качели, похожие на наши во дворе. На них катались девушка с парнем. Остальные качели ждали своих любителей покататься. Качели были в виде лодки на железных прутьях, подвешенной на высокой перекладине. Мы остановились и смотрели на девушку с парнем. Качели взлетели высоко, девушка с криком поднималась к самой верхней точке перекладины. Я предложил родителям тоже покататься, но мама категорично отказала и мы пошли дальше. Среди деревьев показалось деревянное здание. Папа сказал, что это лыжная база, где зимой выдают напрокат люди и коньки.
Я спросил — что такое прокат. Мама сказала, что это когда лыжи и коньки