Наталья Андреевна Волкова
В посёлке Лунёво (г.о. Химки) на крутом берегу реки Клязьмы стоит непримечательное с виду двухэтажное кирпичное здание с пустыми глазницами окон, ждёт сноса. Однако мало кто знает, какая интересная у него история.
Здание построили в начале 1930-х годов на территории, где раньше находилась Школа служебного собаководства при НКВД, а еще раньше здесь было сельцо Жегалово с небольшой помещичьей усадьбой и мельницей. Среди владельцев Жегалово наиболее известна художница Евдокия Михайловна Бакунина – возлюбленная польского поэта Адама Мицкевича.
Из воспоминаний местного жителя Андрея Яковлевича Черняева, который работал киномехаником : «Сначала там была школа инструкторов-дрессировщиков собаководов, а затем дом отдыха УТКМ г. Москвы и Московской области. Летом 1942 года размещалась школа политсостава Западного фронта. В 1943 году прислали спец-контингент, отремонтировали забор, дом и сделали две проходных.»
Здесь же некоторое время находился генерал-фельдмаршал Фридрих Паулюс , бывший командующий 6-й немецкой армии и автор плана нападения на Советский Союз «Барбаросса» (после войны он выступит свидетелем на Нюрнбергском процессе – международном судебном процессе над бывшими руководителями гитлеровской Германии). Жил Фридрих Паулюс на втором этаже в 13-м номере-люксе.
Из воспоминаний А.Я. Черняева: «Жили они в Лунёво неплохо, имели своих поваров, официантов, сапожников, портных, докторов, парикмахера и даже пастора, справляли Рождество.
Физически работали мало, больше занимались политическими делами: собирались конференции с русскими генералами, записывали на грампластинки выступления и речи, а после передавали по радио воззвания к немецкой армии.
В 1944 году конференции посещали Вильгельм Пик, писатель Эрих Вайнерт и другие.
(1888 — 1976)
Зейдлиц носил Железный крест на груди и шее, он получил эти награды (Железный крест 1-го и 2-го класса) ещё в Первую мировую войну. В 1944 году Зайдлицу исполнилось 56 лет, и немцы справляли его день рождения.
Паулюс говорил по-русски со словарем, всё спрашивал, как произносится то или иное слово.
Все немцы ходили в форме. Пленные получали русские и немецкие газеты, смотрели кинофильмы, устраивали концерты самодеятельности».
Полковник Луитпольд Штейдле (1898-1984), впоследствии политический деятель ГДР, в мемуарах «От Волги до Веймара» писал: «Нас одновременно и поражало, и увлекало все то, что происходило в Лунёве: идеологические дискуссии и сотрудничество на практике между марксистами и представителями дворянства.
В Лунёве мы сблизились и каждый из нас – генерал и офицер, офицер и солдат, коммунист и христианин – научились прислушиваться к мнению собеседника».
К этому времени, в июле 1943 года на учредительной конференции в Красногорском лагере для немецких военнопленных был создан Национальный комитет «Свободная Германия» (НКСГ), возглавляемый немецким писателем коммунистом Эрихом Вайнертом. Единственным представителем Советского Союза в НКСГ был профессор-историк, полковник Иосиф Самуилович Брагинский (1905-1989). И.С. Брагинский с 1941 года был сотрудником 7-го Главного политуправления РККА (ГлавПУРа РККА), с 1943 года – уполномоченным ГлавПУРа по связям с НКСГ (впоследствии — член-корреспондент Таджикской АН, известный российский литературовед и востоковед). На этой конференции был утвержден Манифест НКСГ, где излагалась программа массового антифашистского движения. Однако многие старшие офицеры не решились примкнуть к НКСГ и создали свою отдельную организацию.
11-12 сентября 1943 года в Лунёвском лагере собралось более ста делегатов от всех офицерских лагерей, они учредили «Союз немецких офицеров», президентом которого был избран генерал артиллерии Вальтер фон Зейдлиц-Курцбах, он же являлся вице-президентом Национального комитета «Свободная Германия». Заместителем Зейдлица-Курцбаха в «Союзе немецких офицеров» стал бывший командир 376-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Эльдер Александр фон Даниэльс. В августе 1944 года к «Союзу немецких офицеров» присоединился генерал-фельдмаршал Фридрих Паулюс.
Через некоторое время в том же здании в Лунёво, где проходила конференция, разместилась штаб-квартира НКСГ. В Мемориальном музее немецких антифашистов, открытом в 1985 году в городе Красногорске, имеется рисунок этого здания.
К концу войны «Союз немецких офицеров» стал значительной антифашистской организацией, в которую входило около четырех тысяч членов (один генерал-фельдмаршал, 51 генерал, 40 полковников, более пятидесяти подполковников, примерно 150 майоров, 400 капитанов, свыше трех тысяч обер-лейтенантов и лейтенантов). Позднее «Союз немецких офицеров» примкнул к НКСГ. Оба лагеря, Красногорский и Лунёвский, как и обе антифашистские организации стали настоящим резервом кадров советской разведки. Создание Национального комитета «Свободная Германия» и «Союза немецких офицеров» стало началом того процесса, который один из деятелей комитета, майор отборной горнострелковой дивизии Генрих Хоман, охарактеризовал «расчетом с собственным прошлым и с прошлым всего немецкого народа». Он вспоминал: «Тот, кто имел еще глаза, дабы видеть, и уши, дабы слышать, понял урок Сталинграда: любить Германию значило ненавидеть фашизм. Для того чтобы Германия жила, Гитлер должен был пасть».
Личный адъютант Паулюса полковник Вильгельм Адам (1893-1978) в мемуарах «Трудное решение» писал: «Лунёво резиденция НКСГ и президиума Союза немецких офицеров стало для меня на два года местом пребывания и деятельности. Я вступил в более тесное общение с генералами и офицерами, которых я уже знал. Важное место в работе движения «Свободная Германия» занимала группа священников вермахта, среди них католический священник Иозеф Кайзер, Петер Мор и д-р Алоис Людвиг, а также евангелические – Иоганнес Шредер, Николай Зеннихсен, Маттеус Клей и д-р Фридрих Вильгельм Круммахер. Он (Круммахер) и другие священники обратились с воззванием к христианам на фронте и на родине».
Первоначально командование вермахта полностью отрицало даже само существование «Свободной Германии», делалось это для того, чтобы избежать признания того факта, что в комитет входят многие известные немцы, и их антифашистская деятельность могла служить своеобразным примером для других. Все солдаты и офицеры, примкнувшие к движению «Свободная Германия», считались погибшими, а на их семьи в Германии обрушились репрессии. В частности, в 1944 году было конфисковано всё имущество семьи Зейдлица-Курцбаха, а его Ингеборг, с четырьмя дочерьми была арестована (семье удалось воссоединиться в ФРГ только в 1955 году, к слову, Фридрих Паулюс был освобожден в 1953 году, проживал в ГДР).
В 1944 году немцы подготовили диверсантов, которые должны были убить генералов фон Зейдлиц-Курцбах и фон Даниэльс. Однако нашим разведчикам стало известно об этом, и террористический акт удалось предотвратить. Немцы предпринимали попытки похитить и перевезти в Германию Паулюса, но это им также сделать не удалось.
Со временем командование вермахта уже не могло умалчивать о существовании НКСГ и «Союза немецких офицеров», страх перед этим движением дошёл до того, что солдат на фронте, помимо присяги, подписывал личное обязательство: « Я не перейду на сторону армии НКСГ, если окажусь в плену. В противном случае пусть меня исключат из народной общности и уничтожат весь мой род».
Многие из активистов НКСГ были выпускниками антифашистских школ, одна из которых размещалась в Красногорске и подготовила около пяти тысяч антифашистов различных национальностей, в том числе четыре тысячи немцев. Агитационная работа НКСГ велась по трем направлениям: среди военнопленных немцев, среди немецких солдат на фронте и среди населения Германии. Немцы-антифашисты обращались с призывом к соотечественникам непосредственно через специальные громкоговорители, установленные вдоль линии фронта, в эфир выходила радиостанция «Свободная Германия». Был свой печатный орган «Свободная Германия», выпускались листовки и воззвания. В частности, воззвание «К народу и вермахту» от 10 декабря 1944 года, с призывом свергнуть Гитлера и прекратить войну, было подписано пятьюдесятью генералами во главе с Паулюсом. Движение «Свободная Германия» получило широкую поддержку среди участников Сопротивления на территории рейха.
2 ноября 1945 года НКСГ завершил свою деятельность, объявив о своем самороспуске.
О НКСГ мне много рассказал Иосиф Самуилович Брагинский, с которым я познакомилась в 1985 году. Иосиф Самуилович считал, что его работа в НКСГ – лучшее, что он совершил в своей жизни. Через него проходили многие заблуждающиеся люди, которые впоследствии стали антифашистами и даже коммунистами.
Сильное впечатление на него произвел простой солдат, выходец из рабочей семьи, Гейнц Кесслер (1920-2017), которого Брагинский называл «немецким Чапаевым» за отчаянную смелость (позднее Кесслер стал генералом ГДР). Он, как и многие немцы-антифашисты, стал разведчиком, после подготовки забрасывался в тыл к немцам. Зимой 1943 года Кесслера перевели в Лунёво, там он в качестве сотрудника редакции радиостанции «Свободная Германия» участвовал в подготовке и проведении различных радиопередач. Брагинский очень тепло отзывался и о Вальтере фон Зейдлице-Курцбахе, как о кристально честном человеке, а вот о Паулюсе у него было совсем иное мнение, он считал его непорядочным человеком.
После того как «Союз немецких офицеров» примкнул к НКСГ Вальтер фон Зейдлиц-Курцбах 5 лет проработал в военно-историческом управлении Генштаба СССР. Однако, когда Зейдлиц-Курцбах обратился с просьбой о репатриации в советскую зону оккупации, его приговорили к расстрелу за военные преступления, но затем заменили высшую меру на 25 лет заключения и отправили в Бутырскую тюрьму, в которой продержали 5 лет. В 1955 году Вальтера фон Зейдлица-Курцбаха освободили, а реабилитировали только в 1996 году, спустя 20 лет после его смерти.
На территории Лунёвского лагеря немецких военнопленных были построены: гараж, водонасосная станция, водонапорная башня, водолечебница, танцевальная веранда (её бетонный пол был идеально гладким, а ракушка давала хорошую акустику). Немецких солдат для этого строительства ежедневно привозили из Красногорского лагеря для немецких военнопленных. Проходная в те годы имела несколько иной вид.
После того, как Лунёвского лагеря немецких военнопленных не стало, здесь был создан санаторий «Лунёво» МВД, имеющий статус союзного значения. Главным врачом санатория «Лунево» Лаврентий Павлович Берия (1899-1953) назначил бывшего фронтовика Амо Матвеевича Акопяна. Акопян имел квартиру в Москве, но предпочитал жить на территории санатория в уютном домике на крутом берегу реки Клязьмы, не сохранившемся до наших дней.
Непростые отношения связывали семью Акопяна с Берией, который практически каждую неделю приезжал к ним в Лунёво навестить свою дочь Марту, которая доводилась внучкой жене А.М. Акопяна, Александре Ивановне. Кормилицей Марты, рождённой в 1950 году, была жена, уже упомянутого в этой статье Андрея Яковлевича Черняева, Вера Васильевна Черняева (1918-1995), у которой в январе 1951 года родилась дочь Валентина. Последние годы своей жизни Лаврентий Павлович Берия практически жил на две семьи, и его жене Нине Теймуразовне пришлось с этим смириться.
Берия часто можно было увидеть на территории санатория или в соседней берёзовой роще. Берия писал в своём дневнике 8 сентября 1947 года: «Я русский лес не очень люблю, у нас в горах лучше. Видно дальше, а тут все ровное, легко заблудиться. Но осенью красиво, березы белые светятся». На территории санатория «Лунёво» долгие годы жила и работала в санатории фармацевтом Ольга Евдокимовна Алфёрова (в девичестве Молчанова) (1927-2014). После закрытия санатория сотрудники переехали в дома № 11 и № 12 в посёлке Лунёво, а Алферова стала жить в Москве. Её мужем был художник Андрей Алексеевич Алфёров. Со временем Ольга Алфёрова стала известным поэтом. Ее стихи положены на музыку известными композиторами Сергеем Косточко, Валентином Левашовым и Людмилой Лядовой: «Реквием. Прохоровский набат», «Радуга», «Бородино», вальс «Старинное Голицыно», «Русская гармошка», «А и Б» и другие.
После закрытия санатория «Лунёво» МВД здесь был до марта 1993 года загородный филиал Центрального госпиталя МВД СССР (ЦГ МВД СССР), затем до 2011 года – реабилитационно — восстановительный центр (РВЦ) воинской части учебного полка внутренних войск МВД России из Цесарки, а, проще говоря, общежитие для офицеров и их семей.
В Лунёвском госпитале в своё время проходили реабилитационное лечение и пожарные, первыми вступившими в борьбу с огнём во время аварии на Чернобыльской атомной электростанции 26 апреля 1986 года, и люди, которые позднее были призваны и командированы в Чернобыль для ликвидации последствий аварии. Если бы не их мужество и самопожертвование, то масштабы этой катастрофы могли стать несоизмеримо большими. Здесь лечился и легендарный пожарный Леонид Петрович Телятников (1951-2004) Герой Советского Союза – руководитель ликвидации пожара на Чернобыльской АЭС, майор внутренней службы. Вспоминаются строчки Николая Халланова:
Их было много. Всех не перечесть,
Кто в бой пошел на смертоносный атом,
Ответив на приказ коротким: «Есть!»
Как подобает истинным солдатам.
В 1970-е годы на территории санатория был построен поселок, относящийся к дачному хозяйству МВД СССР (ныне ДНТ «Лунёво»), который в народе сразу же стали называть «Генеральские дачи». Посёлок этот состоял из однокомнатных и двухкомнатных деревянных домиков. Ныне на их месте возводятся каменные особняки, как правило, уже новыми владельцами. Возводятся особняки и по соседству с этим посёлком, там, где еще совсем недавно была чудесная берёзовая роща.
Список источников
- Альманах «Лучи Солнечногорья», Солнечногорск, 2018. № 3.
- Адам Вильгельм. Трудное решение. М., Прогресс, 1967.
- Безыменский Л.А. Германские генералы – с Гитлером и без него. М., «Мысль», 1964.
- Солнечногорье – страницы истории. Солнечногорск, 1998.
- Штайн Гюнтер. Ультиматум. М., Военное издательство Министерства обороны СССР, 1978.
- Штейдле Луитпольд. От Волги до Веймара. М., Прогресс, 1973.
